О девяностолетии со дня рождения А.А. Вознесенского я узнал в телевизионной рекламе непосредственно в этот день, 12 мая.
Не стал ничего смотреть по телевизору или рыться в домашней библиотеке.
Решил повоспоминать оставшееся в моей памяти.
Несколько дней, ходя по улицам, проспектам и т.п., записывая в заметках на смартфоне всплывавшие из глубин сознания (или даже подсознания) фрагменты стихотворений и поэм, а иногда и целые стихотворения.
Решил сначала записать вспомнившееся, а потом сверить с книжными или интернетовскими вариантами.
Это сделать будет очень интересно, учитывая, что не открывал книг А.А.В если не сорок, то тридцать лет уж точно.
А вот ОСТАВШЕЕСЯ НЕСТЕРТЫМ В ФОНОАРХИВЕ МОЕЙ ПАМЯТИ:
| Что еще до тебя не назвали, |
| и тебе уже не назвать |
| Пошли мне, Господь, второго, |
| чтоб вытянул петь со мной |
| Этого не рассказал Заратустра: |
| Чувствую, стало быть, существую |
| У души обиженной есть отрада давняя |
| Как чему-то ближнему улыбнуться дальнему |
| Левая сторона улицы |
| видела бы святую правую |
| Но Бога в себе не предайте из прыти! |
| Пусть сгинет лукавое самозванство |
| Настоящее неназываемо, |
| надо жить ощущением, светом |
| Вечером, ночью, днём и с утра |
| Благодарю, что не умер вчера |
| Не таи талантов, человек, |
| путь фальшив, но не фальшива гибель |
| Раздайте себя немедля, |
| даруя или простивши |
| Она с душою наравне, |
| берите трёшницы с рублями |
| Ты молилась Земля наша? |
| Как тебя мы любили |
| Суздальская Богоматерь, |
| сияющая на белой стене |
| Чтоб было где хранить потомкам овощ, |
| настало время возводить собор |
| Один в поле – воин, |
| один в небе Бог |
| Должно быть, у памяти в фоноархиве |
| осталасть нестертая запись одна |
| Две страны, две ладони тяжелые, |
| предназначенные любви |
| Спешит канкан страстей, |
| как танец лебелей |
| Не думай, что бывает жизнь напрасной, |
| как будто есть удавшаяся жизнь |